...или как НЕ надо играть музыку.

Длинная история из жизни.

Представьте себе: вы музыкант, музыка для вас является богом, иногда у вас появляются достаточно слушабельные и красивые композиции, а работа в студии и на репетиционных точках вам не чужда. И вдруг (есть такое слово, с которого всегда всё начинается - вдруг) в один прекрасный скучный вечер появляется идея. Это такая искорка в голове - идея. Идея сделать так, чтобы было красиво. Чтобы было весело. Чтобы дарить эмоции людям. И вы понимаете, что эту идею нельзя упускать, её нужно удержать, за холку, за хвост, как-нибудь. Любимый человек обрадован вашей идеей и идёт с вами плечом к плечу. И вы выкладываете на музфорумы трёхэтажные сообщения - для набора нового состава нужны те то и те то. Стилистика такая-то. репетируем там-то. Ориентируемся туда-то. В общем, всё расчитано, и люди пишут ответы, что, мол, я хочу. И помимо незнакомых людей, которых вы НЕ знаете, вы берёте своих товарищей, которым вроде бы тоже не чужда музыка. Которые вроде бы хотят. Все сходятся в кучу, весь не обходимый набор - и формируется первоначальный состав.

Состав собран. Материал есть - сначала немного, всего две вещи - но он есть. Он сразу не появится в альбомных тиражах партиями, это вам не "Руки Вверх", а рок-музыка, господа. Гитарно-ориентированная музыка, с лирикой не о мусЯх-пусЯх и бабочках-цветочках, а о чём-то глубже, о чём-то дерзком, но в то же время глубоком. И вы точно знаете, как это должно быть, и вы придумали всё - от гитарного звука и расположения аппаратуры до мельчайшей атмосферы в каждой композиции. Так, чтобы всё было красиво. И вроде бы объяснили составу, и они вроде бы сказали "Да, мы согласны, чувак, всё будет круто", вот так вот. Любимого человека вы берёте на пост организатора, ведь надо кому-то организовывать всю эту канитель, договариваться за репетиции с арендаторами репточек, искать в дальнейшем фестивали для начинающих, думать о будущей участи собраного состава. Вот этот этап - пару первых репетиций - очень важный. Потому как пробуют все играть, сыгрываться и думают, надо это каждому из состава или нет. Те, кто решил, что это не его - объявляют об этом и, грубо говоря, отсеиваются. На их место приходят другие, они тоже пробуют и, если им это подходит, остаются играть. Затем идёт время на сыгрывание, идёт ещё раз обдумывание надобности игры здесь и тогда всё закрепляется. Тогда формируется уже не просто состав, а КОЛЛЕКТИВ, или группа. Новая музыкальная группа, сформировавшаяся, как новая, ещё горячая планета, которая пока сама не знает, что там будет дальше, но она уже ЕСТЬ и у неё есть почва для зарождения чего-то нового, своего. И это всё правильно, оно так было и так и должно быть, потому что люди не могут просто так встретиться и начать вместе какое-нибудь дело - они сначала должны разобраться друг с другом и понять друг друга.

И репетиции уже идут полным ходом один, а то и больше раз в неделю. И на репточке вы уже не просто а-тот-который-тогда-пришёл-один-раз, а свой почти. И в процессе новый материал, потому как вы знаете, как кто умеет и вы подстраиваетесь под всех, а не сами на своей волне. И вроде бы как всё течёт в порядке и даже нацеливаетесь на определённые мероприятия.

И вот тут - ОПА! - спотыкаетесь. Люди, которые, играют с вами, с которыми вам весело и нескучно играть, которые уже становятся товарищами, начинают между собой грызться. Тому то не подошло, у того колено зачесалось, у того воспаление хитрости на заднице. И такое прочее. А вы смотрите на это всё со стороны и думаете, что это так, пройдёт, что те, которые поджигают скандалы, остынут в конце концов, и всё станет на свои места. Вы продолжаете идти по музыкальной линии, ставить эксперименты, пытаться выделить свой стиль, не отходя от того, что задумано, но и не оставляя всё так же, как есть. И вот тут важно не потерять ту самую нить, которая протянута между вами и остальными. Она же ещё не такая прочная, она ещё не закалена напрочь, потому что она пока ещё новая. и в один прекрасный момент начинается отбирание у вас того, что ВЫ сами создали. Сначала приносится непонятно какой материал, который напрочь не подобает под уже устоявшийся стиль. Преподносится тебе так, как будто люди абсолютно никогда не слышали музыку в принципе и не отличают элементарно одно от другого. И вы, скрепя сердце, соглашаетесь, мол, "ну ладно, мы обработаем и посмотрим, что получится", потому что вы защищаете не только свои интересы, а хотите, чтоб все участвовали в создании образа коллектива. Но по ходу пьесы вы замечаете: ребята, сговорившись, перестают с вами общаться, а звонят с интересными сказаниями - "мы поменяли название" и "мы поменяли стиль", "мы будем играть по-другому". А вы стоите и слушаете их и трубка в руках стынет, не то, что волосы на голове. Затем они, окончательно сговорившись, выгоняют одного из участников коллектива, толком НИЧЕГО не объяснив человеку, а просто так, по телефону, мол, ты у нас больше не играешь. Докладывают тебе с гордостью выполненого долга, мол, мы сделали дело. И не важно, что тот человек, который так позорно остался без коллектива, знал в 100 раз больше о музыке, чем вы и они все вместе взятые.

Потом вдруг свежее предложение - переселиться в своё помещение и играть на своём аппарате, не ограничиваясь ни временем, ни деньгами. И вы думаете - о, сейчас всё наладится, сейчас всё вернётся, сейчас всё разберётся и соберётся заново и ваша ИДЕЯ воплотится. И вам говорят остальные, мол, будет всё - и аппаратура, и установка будет и вообще всё будет супер. И в назначенный день вы бежите туда, сломя не только голову, а всё, что можно, с симафорным блеском в глазах, прибегаете туда и видите вот ЭТО. Полуразваленая ударная установка с тарелками, будто их зайцы грызли 100 лет подряд. Установка, на педаль которой даже ногу ставишь с сомнением - а вдруг развеется мигом, как зола. Рядом с "установкой" - "мегакомбик", старая советская колонка, нифига не мощная, нифига не настраивающаяся, 300 раз перепаянная. Завершает набор "аппарата" привезённая на время аккустическая домашняя система, которая гордо пытается играть роль линии. И в довершении стойка с микрофоном, на который смотришь и думаешь - прошлый хозяин, наверное, был очень голодный, но у него вовремя забрали микрофон. И самое страшное, когда вы вот так вот обходите весь этот ни на что непригодный мусор, с которого даже анализов не взять, уже не говоря о звуке, и смотрите в глаза своим товарищам, одногрупникам и только один вопрос: "Что вот это вот всё такое?" звучит. А они гордо: "Это наш АППАРАТ, мы на этом будем ИГРАТЬ". И в тот момент вы понимаете фразу "П*здец подкрался незаметно со злой ухмылкой на лице" так, как никогда не понимали.

Потом происходят ещё более интересные вещи. Твоего любимого человека лишают всех прав быть хоть каким-то организатором, потому что им более организатор не нужен. Пишется какой-то непонятный материал, который нужно ещё УМЕТЬ исполнить, а не получается. Хотя все ребята кричат направо и налево "У нас круто получается!", "Мы группа, мы играем". Ведь это бесполезно, это пропащее дело. На "репетициях" часто присутствует куча людей, помещение становится проходным двором и местом, где можно побухать, поспорить, поругаться. И так далее. То есть, группа превращается в этакий базар. А вы смотрите на это всё опять-таки со стороны, потому что вы не просто не можете что-либо поменять или исправить, вернуть на свои места - вы просто не хотите делать этого.

В конце концов, на одной "репетиций", когда вы, ладно уж, садитесь за установку, начинаете играть и на вас ПАДАЕТ ТАРЕЛКА, потому что стойка сломана и она не держит уже ничего — тогда вы вскакиваете и выплёскиваете всё кипящее внутри, от начала до конца, что происходит, что случилось, что не так. Люди смотрят на вас глазами безобидного тушканчика, который никогда не видел людей, и говорят вам - ты что, мы ИГРАЕМ музыку, мы же крутые. И вы, разозлившись на вот эту всю ситуацию бросаете нахер всю эту кутерьму, умываете руки, просто уходите прямо с той репетиции, потому что больше не в силах этого терпеть. И так больно и обидно становится за то, что то, что вы когда-то создали, обернулось вот таким вот хаосом. И вам хочется взять литр водки и бутылку минералки и выпить всё самому, залиться к чертям собачим. Вы злитесь сами на себя, что не смогли это удержать, не смогли сохранить только созданный коллектив.

На следующий день у уже бывшей группы концерт - самопальный концерт, для которого еле-еле нашлась более-менее нормальная аппаратура, арендованая за денежки. Басист садится на место ударника, он, толком не умеющий держать обычный простой стандартный ритм и знающий одну (!) сбивку. Вы уже к тому времени поостыли, приходите на место концерта и, разговариваете с ребятами, мол, "так и так, ребята, погорячился". Ведь вы знаете, что им выходить на люди, на сцену! Вам говорят, что вы предатель, что чуть ли не на кол вас посадить надо, а, мол, "мы сыграем и так". В общем, толком ничего не отрепетировавшая группа, без баса, без клавишного инструмента - выходит на сцену перед людьми, и вот в таком состоянии начинает "играть". И опять у вас в сердце зажим образовывается и вы берёте ещё пива, и вы хотите утонуть в том пиве, только чтоб не слышать то, во что превратилась ВАША искорка, ВАША идея...

P.S. Эта история написана о мне и о том, как я пытался создать коллектив. С того роковОго 4-ого апреля прошло достаточно времени и теперь можно переосмыслить всё - где я оказался в промахе, где и что я упустил. Возможно, я сделал какое-то важное упущение, какую-то ошибку, о которой ещё не понял, которую ещё не додумал. Но весь выше настроченый опус - яркий пример того, что иногда бывает с музыкальными группами, которые не нашли себя.